Первый опыт

Моя охота с русскими гончими началась в 2000 году. Мой брат Бабин Михаил Иванович тогда ещё служил в Российской армии в звании подполковника, служба его проходила в Хабаровском крае и как большинство военных, выслужив необходимое количество лет, готовился уйти на пенсию и переехать на свою отчизну в Нижний Новгород или куда поближе. Получилось ему перевестись в г. Линда Нижегородской области, к тому времени как охотник он уже состоялся и перепробовал различные виды охот. Одной из которых была охота с Русской гончей. В новом месте службы он почти сразу завел себе и нам на радость великолепного лопоухого щенка Русской гончей. Дочь Михаила — Галина в то время училась в музыкальной школе по классу фортепьяно, и когда возник вопрос о том, как назвать щенка Галя определилась быстро имя дано было в честь двух нот «До» и «Ля» получилось «Доля» проще Долька, это имя и отражено в родословной. Время шло, выжловочка подрастала и на первом году уже начала показывать свои рабочие качества, правда больше по дворовым котам, но выходя в лес и натыкаясь на свежий жировочный заячий след, с усердием его распутывала. Так с раз за разом опыта у собачки прибавлялось.

Первый раз с этой выжловкой я был приглашен на охоту зимой 2000 года. Путь наш лежал в сторону совхоза с благозвучным названием «Сормовский пролетарий» к известному охотнику тех мест Николаю Ивановичу Баскакову. На вопрос,

— куда пойдем?

Николай Иванович ответил,

— Да вот сюда в кустики, здесь зайчик всегда был.

Не смея возражать, мы с радостью отправились по первому декабрьскому снежку вдоль опушки леса к «кустикам» (где эти кустики даже сейчас не понимаю, они там везде), дойдя до места пройдя примерно около 3х – 4х километров, кто-то из Иванычей предложил развести костер и подождать пока собачка не поднимет зайца. Долька пока не появлялась и мы, расположившись возле потрескивающих в огне веточек, начали распаковывать свои рюкзачки.

Читайте также:  Аренда яхт в Киеве

С момента подъема прошло примерно полтора часа, Долька продолжала усердно выполнять свою работу, а я усердно устроившись на свежем лапнике, наломанном с рядом стоящей ели, любовался проплывающими надомной облаками. Ружье я устал держать на изготовке и перекинув ремень через шею, удобно пристроив его на груди, продолжал созерцать окружающую красоту, иногда прислушиваясь к гону. Когда я почти растворился в бытии, на меня вылетает заяц, не снимая ружья, причудливым образом скрутив ремень на шее, засунув приклад под мышку и приложив щеку к прицельной планке, я произвел выстрел. Сильнейший удар 54-ки 12-го калибра ударил меня под глаз, который оказался единственным упором при выстреле, выстрел из второго ствола меня «добил». И вот сидя на пятой точке в снегу, я уже созерцал сильнейшую боль скулы под правым глазом, и вглядываясь через густые ветки елок – попал или нет.

Это был мой первый опыт охоты с Русской гончей.

А тот заяц, наверное, живет до сих пор, ему сейчас уже лет 12, волочит он по кустам свою седую бороду, по вечерам выпутывая из неё шишки.

Ссылка на основную публикацию